Глава 2


ГЛАВА 2

НАУЧНОЕ ОБОСНОВАНИЕ ВОЗМОЖНОСТИ КОСМИЧЕСКИХ ПОЛЕТОВ ЧЕЛОВЕКА И ИХ МЕДИКО-БИОЛОГИЧЕСКАЯ ПОДГОТОВКА


П. В. Васильев Заслуженный деятель науки РФ, доктор медицинских наук, профессор, лауреат Государственной премии СССР, генерал-майор медицинской службы в отставке	Г. Д. Глод Доктор медицинских наук, профессор, полковник медицинской службы в отставке

2.1. Страницы предыстории
2.2. Биологические эксперименты на геофизических ракетах
2.3. Медико-биологические исследования на искусственных спутниках Земли
2.4. Заключение



Устремляясь в будущее, необходимо всегда помнить прошлое. Помнить и хранить, чтобы передать грядущим поколениям.
Человечество издавна мечтало о полете к звездам, о парении вне Земли. С незапамятных времен люди фантазировали о полетах на Луну, на планеты солнечной системы, к далеким таинственным мирам, мерцающим на ночном небосводе. Тысячелетиями ждал океан Вселенной полета корабля с планеты Земля. И он пришел — первый, самый первый звездолет, возвестивший о новой эпохе — эпохе покорения космоса.
Но хорошо известно: штурм космоса начался не 12 апреля 1961 г., когда первый космонавт Земли Юрий Гагарин устремился к звездам. И даже не 4 октября 1957 г., когда первый спутник вырвался на просторы Вселенной. Все началось значительно раньше. Мечта о полете в космос так же стара, как и само человечество. И так же молода. Она одухотворяет людей, дает им крылья, рождает силы и неистребимую жажду познания.
Стремление человека к полету, стремление оторваться от Земли уходит в глубины древности различных культур. Немало легенд было о людях, которые могли летать подобно птицам, поднимаясь на большие высоты. Такие легенды можно найти в устном и письменном фольклоре. Они имеются в священных книгах брахманизма (Индия), в китайских произведениях XI—V вв. до н. э. («Книга песен», «Мен-узы»), в творчестве Аристотеля (IV в. до н. э.) и Платона (V—IV в. до н. э.), а также в сказаниях эскимосов и индейцев. Неувядаемая мечта человека о полете во Вселенную нашла отражение в легенде об Икаре, который поднялся на крыльях, склеенных воском, но воск в лучах солнечного света растаял, крылья разрушились, Икар упал и разбился.
В более позднее время, в произведениях фантастического жанра, полет мысли человека продолжает прокладывать все новые и новые пути в космос. Так, Плутарх (45— 127 гг. н.э.) пишет о размерах и форме Луны, а также о возможности ее обитания. Греческий сатирик Лукиан (II в. н. э.) в одной из своих повестей описывает, как смерч поднимает корабль с путешественниками и лишь через несколько дней опускает его на неизвестную землю, оказавшуюся Луной, а во второй повести герой уже сам планирует и готовит путешествие на Луну. Представляет интерес, что даже известный астроном Кеплер (1571 — 1630) написал фантастическую повесть «Сон», в которой герой с помощью демонических сил попадает на Луну, преодолевая трудности ускорений и космического вакуума.
В XVII в. французский поэт Сирано де Бержерак приближается уже к более реальному разрешению проблем полета на Луну с помощью последовательно воспламеняемых пороховых ракет.
С наступлением XIX в. фантасты все ближе подходят к решению сложного пути путешествия на Луну. Люди одеваются в скафандры, помещаются в герметизированные цилиндры или шары, правда, запускают их из пушек или другими столь же невероятными способами. Например, Герберт Уэлс в своем романе «Первые люди на Луне» в качестве движущей силы применил антигравитацию.
Мысли о полете во Вселенную можно найти в произведениях Джордано Бруно, Декарта, Паскаля, Ньютона, Лапласа, М.В.Ломоносова и ряда других.
С изготовлением различных фейерверочных ракет ведет свою историю российская ракетная техника. Устраивавшиеся на праздниках фейерверки поражали многих иностранцев своими масштабами, а российские мастера ракетных дел пользовались большой известностью. Если обратиться к истории, то она представит документы, написанные старинной славянской вязью, пожелтевшие и истлевшие от времени, но сохранившие великие события прошлого [28].
Примерно в 1680 г., сообщают летописцы, в Москве было основано «ракетное заведение», изготовлявшее фейерверочные ракеты в «больших количествах». В 1828 г. «Московский вестник» рассказал об Ильинской, которая в воскресенье 19 августа совершила смелое воздушное путешествие. Как писал журнал, она была простою необразованною русскою мещанкой, живущей в пресненской масти в самом бедном положении... «В шаре, начиненном не газом, а простым дымом от аржаной соломы, поднялась более чем на 300 сажен и с высоты приветствовала зрителей...». Смелой воздухоплавательнице удалось побывать «выше всего земного».
История сохранила для нас имя инженера И.И.Третеского. В 1849 г. он разработал проект летательного аппарата, в котором реактивная струя пороховых газов должна была стать источником движения. Это была первая в России попытка решения вопроса об использовании принципа реактивного движения в воздухоплавании.
В 1866 г. Н.М.Соковнин предложил проект летательного аппарата, использующего реакцию потока сжатого воздуха.
В 1887 г. профессор Московского университета А.Г.Столетов организовал публичное выступление в Политехническом музее 30-летнего К.Э.Циолковского. Тогда на специальном заседании физического отделения общества любителей естествознания обсуждался его проект металлического управляемого дирижабля.
В 1894 г. на механической выставке в Москве демонстрировался оригинальный прибор для изучения сопротивления среды.
Были в России и свои Жюли Верны. Еще в середине XVIII в. мысль о возможности высокоорганизованной жизни на других планетах высказал русский моряк адмирал С.И.Мордвинов. Он писал в своем 4-томном труде «Полное собрание о навигации»: «Хотя бы и были или суть в звездах и планетах тако ж люди и всякая животная, как на Земли, но мы о том неизвестны, понеже никакой корешпонденции с ними не имеем»
Вспомним роман А.А.Богданова «Красная звезда» (1908), в котором двадцать марсиан прибывают на Землю, чтобы установить связь с человечеством. Вспомним «Аэлиту» А.Н.Толстого (1922) — один из наиболее ярких фантастических романов, посвященных космическим полетам.
Наиболее яркими и научно приближенными по своей фабуле к реальности являются повести К.Э.Циолковского (1857—1935) «Вне Земли» и «Грезы о Земле и Небе», в которых он подробно рассказывает об условиях полета и жизни в ракете, о колониях людей на искусственных спутниках Земли, о посещении Луны и астероида. Следует подчеркнуть, что приведенные картины жизни в необычных условиях этих путешествий основаны на строго научных данных и математических изысканиях автора, а потому, как правило, нашли подтверждение уже при осуществлении реальных космических полетов человека, для реализации которых пришлось пройти сложный путь титанических усилий со стороны многих специалистов инженерного, биологического и медицинского профиля.
Первое в стране Общество изучения межпланетных сообщений было организовано в 1924 г. Оно провозгласило основную свою цель и задачу: «... работа по осуществлению заатмосферных полетов с помощью реактивных аппаратов и других научно обоснованных средств». Почетным членом этой общественной организации был избран К.Э.Циолковский.
В 1927 г. в Москве открылась первая международная космическая выставка, на ней демонстрировались модели летательных аппаратов, схемы и чертежи будущих звездолетов, о которых мечтали энтузиасты космоплавания.
В 1931 г. при ЦС Осовиахима была организована Группа изучения реактивного движения — знаменитая ГИРД, куда входили Ф.А. Цандер, СП. Королев, Ю.А. Победоносцев, М.К. Тихонравов, Н.И. Ефремов, Е.С. Щетинков, И.А. Меркулов, А.И. Полярный, Л.К. Корнеев, Л.С. Душкин и др.
В 1932 г. в Колонном зале Дома Союзов страна торжественно чествовала К.Э. Циолковского в день его 75-летия.
В августе 1933 г. с «космодрома» в Нахабине стартовала первая жидкостная ракета. В том же году в Москве был организован первый в мире Реактивный НИИ.
В 1936 г. состоялся старт большой и по тому времени довольно мощной ракеты «Авиавнито».
В 1939 г. стартовала первая в мире ракета с прямоточным воздушно-реактивным двигателем на второй ступени. 25 января 1940 г. с Центрального аэродрома в Москве поднялся самолет с впервые в мире работающими прямоточными воздушно-реактивными двигателями, пилотировал самолет летчик-испытатель П.Е. Логинов. В том же году летчик В.П. Федоров совершил первые полеты на планере с жидкостным ракетным двигателем конструкции С.П. Королева.


Основной целью работ, выполненных в Институте авиационной медицины (в дальнейшем НИИАМ, НИИАиКМ) на животных применительно к обеспечению полета человека на космических кораблях, являлось выявление возможности их осуществления и степени риска в связи с воздействием экстремальных факторов, возникающих на различных этапах полета.
Исследования проводились как в лабораторных экспериментах с моделированием максимально приближенных к реальным условиям параметров каждого фактора, так и в полетах на геофизических ракетах, околоземных спутниках и космических кораблях-спутниках.
В лабораторных условиях изучен широкий диапазон проблем, возникающих перед врачами, ответственными за принятие решения и обеспечение безопасности и сохранение здоровья человека, осуществляющего космический полет [33]. При этом в поле зрения исследователей были почти все факторы как физического, так и космического характера: измененная сила тяжести, вибрации, ударные перегрузки, звуковые и шумовые раздражители, различной природы и интенсивности лучевые воздействия, гипокинезия, гиподинамия, измененный газовый состав окружающей атмосферы, токсические факторы, факторы измененного питания и пр. [26, 27, 33, 37, 38].
Объектами исследования в зависимости от целей и задач были самые различные представители растительного и животного мира, начиная от простейших растений до обезьян включительно. В этих работах были применены самые современные методы, включая радиохимические и электронно-микроскопические, позволяющие получить ответы не только о реакции со стороны организма как целого, но и об изменениях на органном, тканевом, клеточном и субклеточном уровнях, в ряде случаев со вскрытием их механизмов.
Результаты исследований опубликованы во многих журнальных статьях, им посвящен ряд научных конференций и симпозиумов, крупных монографий и специализированных сборников. В настоящем обзоре приводятся результаты основных исследований, выполненных сотрудниками Института авиационной и космической медицины, главным образом, в реальных полетах (табл. 1).

Эксперименты с собаками при запусках одноступенчатых геофизических ракет [по данным 276, 346, 36—40]
Примечания: ГКЖ — полет в гермокабине для животных; СК — в скафандре; (н) — животное в наркозе — подкожно 10%-й раствор гексанала из расчета 0,12 г чистого вещества на кг массы тела [38]; * — в герметической кабине ракеты кроме 2 собак был размещен кролик «Серый» [40].

Биологические исследования по программе космической медицины условно можно разделить на четыре основных этапа. На первом этапе внимание ученых прежде всего было направлено на отработку в лабораторных условиях систем жизнеобеспечения, спасения и съема информации о состоянии основных физиологических систем организма [26, 33]; на втором — при полетах на ракетах в герметизированных кабинах на различные высоты [27, 38, 39]; на третьем — при полетах на геофизических ракетах в негерметизированных кабинах с использованием скафандров и отработкой систем спасения путем катапультирования животных на различных высотах [37]; наконец, на четвертом этапе при полетах на космических кораблях-спутниках выяснялась возможность и степень безопасности космического полета, проверялись и совершенствовались системы жизнеобеспечения, спасения, съема и передачи физиологической информации на наземные пункты наблюдения.
Результаты исследований, полученные в этих уникальных полетах, должны были обеспечить подготовку и медицинское обеспечение первого полета человека в космическое пространство [24, 33, 34].
В самом деле, ответы на вопросы о сохранении жизнеспособности, особенностях жизнедеятельности экспериментальных животных в условиях воздействия комплекса факторов полета в верхние слои атмосферы были принципиально важны для научно обоснованного заключения о возможности и безопасности полета человека в космическое пространство, о перспективах изучения и освоения космоса.
Лабораторные исследования проводились в институте в период 1948—1952 гг. под руководством В.И. Яздовского группой сотрудников, включавшей врачей, инженеров и вспомогательный персонал (В.И. Попов, А.Д. Серяпин, Б.Г. Буйлов, В.Фрейдель, Б. Блинов, Р. Грюнталь, Е.А. Петрова, Е.О. Попов и др.). Основная задача на этом этапе состояла в разработке бортовой аппаратуры, обеспечивающей регистрацию функций сердечно-сосудистой и дыхательной систем, киноаппаратуры для регистрации общего вида и поведения животных, системы регенерации атмосферы в герметически замкнутой кабине для животных [26]. Производился отбор животных к полету и разрабатывалась система их фиксации с помощью специальной одежды, содержащей элементы крепления различных датчиков [26, 27, 37/38].
Сложившиеся в тот период обстоятельства, необходимость формирования работ привели коллектив к мысли о возможности и необходимости использования имеющихся в литературе, главным образом, авиамедицинской, научных материалов о влиянии отдельных факторов космического полета на животных, и было принято решение на первом этапе этих исследований не повторять. Было признано целесообразным начать исследования с изучения комплексного воздействия всех факторов космического полета (или, как принято было говорить в те годы, факторов полета в верхние слои атмосферы) на геофизической ракете на жизнеспособность животных и их влияния на основные жизненно важные системы организма.
Всего на геофизических ракетах было проведено 29 летных экспериментов с использованием 41 собаки, из них 15 животных летали по 2 и более раз. Запуски осуществлялись на высоты 100—110 км (15 запусков), 212 км (11 запусков) и 450—473 км (3 запуска). Продолжительность невесомости при этом составляла соответственно 3—4, 6 и 10 мин, а максимальные величины перегрузок 4,75— 5,70, 6—10 и 7—24 ед. соответственно [27, 37—39].
В ходе выполнения летных исследований коллектив сотрудников, руководимый В.И. Яздовским, получил существенное кадровое пополнение: в коллектив прибыли и приступили к исследованиям И.С. Балаховский, О.Г. Газенко, A.M. Генин, А.Л. Гребнев, B.C. Георгиевский, А.А. Гюрджиан, А. Афанасьев, А.Р. Котовская, И.И. Касьян, Н.Н. Казакова, Т.С. Львова, В. Ненахова, С.Ф. Симпура, З.С. Скуридина, Е.М. Юганов и другие сотрудники [34].
Принципиальные научные результаты этого периода исследований существенно не различались в зависимости от того, проводились ли они в герметизированных кабинах [17, 21, 24, 27, 38, 39] или с использованием специально сконструированных для животных высотных скафандров [8, 37]. Наиболее существенным научным результатом этих этапов исследований явилось то, что все животные, подвергнутые воздействию комплекса факторов высотного полета, оставались живы. Исключение составляли лишь неизбежные и легко объяснимые случаи гибели вследствие конструктивных недостатков парашютной системы, некоторых узлов головной части ракеты и других чисто технических причин, препятствовавших нормальному срабатыванию всех элементов системы спасения животного на заключительных этапах полета [23, 39]. Более того, физиологическая информация, полученная в этих исследованиях (частота дыхательных движений грудной клетки, частота пульса, ЭКГ, артериальное давление крови в бедренной артерии, общий вид и поведение животных, по данным киносъемки и др.), свидетельствовала об отсутствии серьезных, угрожающих жизни животных сдвигов в их функциональном состоянии. Выявленные отклонения исследованных показателей были различной степени выраженности, часто неоднозначными и характеризовали в основном индивидуальную реакцию организма животного на условия эксперимента [23, 27, 33, 37, 38]. Характерно, что выраженность и направленность сдвигов физиологических показателей была вполне сопоставима с таковыми при лабораторном моделировании отдельных факторов космического полета [33, 39].
Тем не менее авторы четко разделяют научные результаты исследований на одноступенчатых геофизических ракетах в зависимости от их этапов. Так, в результате исследований 1-го этапа (полеты в герметизированных кабинах на высоту 100—110 км, длительность динамической невесомости 3—4 мин):
был впервые решен вопрос о выживаемости и жизнедеятельности животных в условиях такого полета;
герметизированная кабина малого объема с системой регенерации воздуха обеспечивала необходимые условия для пребывания двух животных в течение 3 часов, при этом концентрация кислорода колебалась в пределах 21—46%, углекислоты — не превышала 1,5% [26];
факторы среды, имевшие место при полете на ракете, были в пределах нормально переносимых животными величин;
в поведении, общем состоянии и в состоянии отдельных физиологических функций животных в полете на ракете, после полета и в последующее время расстройств не наблюдалось;
использованные кинографический и осциллографический методы дали возможность в условиях полета зарегистрировать частоту и глубину дыхания, кожную температуру, общее состояние и поведение животных, а также значение факторов внешней среды;
система спасения головной части ракеты при условии ее ввода в действие обеспечивала надежный спуск и приземление животных и приборов [27].

Сделанные заключения по итогам первого этапа исследований на геофизических ракетах существенно повышали оптимизм исследователей в вопросе о возможности полета человека на ракете в верхние слои атмосферы.
Второй этап (полеты в скафандрах) был направлен на решение ряда принципиально важных практических вопросов, необходимых для обеспечения безопасности таких полетов. К ним в первую очередь относились обеспечение сохранения жизни пилота при разгерметизации кабины на больших высотах, обеспечение спасения в случае неотделения головной части (гермокабины) от корпуса ракеты, обеспечение спасения в аварийных ситуациях полета на различных скоростях и высотах и, наконец, выявление особенностей влияния факторов полета при более длительном пребывании в полете. Решению этих и ряда других практически важных вопросов и был посвящен 2-й этап исследований на геофизических ракетах [33, 37].
По результатам их проведения, обобщая полученные при этом научные результаты, В.И. Яздовский [34] делает следующее заключение:
впервые осуществлены выходы из кабины ракетного летательного аппарата и пребывание животных в безмасочных скафандрах в открытом околоземном космическом пространстве;
у животных в условиях полета на ракете не возникало существенных изменения функций сердечно--сосудистой и дыхательной систем. Отмеченные изменения величины артериального кровяною давления, частоты пульса и дыхания были, как правило, незначительно выраженными и кратковременными. В ряде случаев эти изменения сопровождали пассивно-оборонительную реакцию животного;
у животных, находящихся в течение 3—7 мин в условиях частичной и полной невесомости, отмечалась тенденция к некоторому снижению величины артериального давления и урежению пульса;
каких-либо изменений в общем состоянии животных или их отдельных физиологических функций, пигментации кожи и волосяного покрова, которые можно было бы отнести за счет воздействия космической радиации, выявить не удалось. При длительном наблюдении за животными после полета на ракете заметных изменений в их общем состоянии и поведении не выявлено;
разработанные технические средства (безмасочные скафандры, система катапультирования, парашютные системы и др.) обеспечили необходимые условия для жизни животных, их спасение на больших высотах при больших скоростях и безопасный спуск на Землю;
использованная в полете аппаратура обеспечивала получение необходимой физиологической и технической информации.
Вслед за окончанием 2-го этапа исследований, с 1957 г. был начат 3-й этап медико-биологических исследований — полеты в герметизированных кабинах на одноступенчатых геофизических ракетах до высот 212 и 450 км [22, 33, 38]. Проведение этого этапа было обусловлено появлением технической возможности полетов на большие высоты — разработкой и изготовлением в КБ С.П. Королева новых ракет типа Р-2 и Р-5. Программа медико-биологических исследований на этом этапе была существенно расширена: у животных во время полета регистрировали пульс, артериальное кровяное давление [22], дыхание, снималась электрокардиограмма, в течение всего полета непрерывно велась киносъемка собак.
В серии последних экспериментов на ракете Р-2 Е.М. Югановым и И.И. Касьяном были подготовлены и проведены полетные эксперименты с включением в «экипаж», кроме собак, специально оттренированных кроликов [40], белых мышей и крыс [39], размещенных в проволочных сетках без какой-либо фиксации [34]. Эти исследования позволили оценить поведенческие, двигательные реакции нефиксированных мелких животных: в большинстве своем они теряли пространственную ориентацию и не могли провести фиксацию тела, необходимую для принятия пищи и воды, а также для отправления естественных надобностей [39]. В.И. Яздовский с соавт. [41] отмечали, что в начале невесомости происходит резкое изменение установочных рефлексов, сопровождающееся бурной двигательной реакцией дискоординированного характера, что, по мнению авторов, связано как со своеобразием двигательных рефлекторных реакций со стороны кинестетического и вестибулярного анализаторов, так и с функциональным нарушением взаимодействия афферентных систем. По мере действия агента (невесомости) наблюдалась адаптация у белых крыс, но таковой не было отмечено у мышей. Результаты этих наблюдений в тот период времени представляли особый интерес, учитывая то обстоятельство, что длительность динамической невесомости при полете на ракете Р-2 достигала 6 мин, а на ракете Р-5 — 10 мин.
В целях выявления возможных неблагоприятных последствий длительного пребывания в невесомости и отбора для экспериментов здоровых собак был расширен объем их обследования [38], в программу которого были включены клиническое обследование крови, рентгенография грудной клетки, электрокардиография, измерение артериального кровяного давления, запись дыхания и пульса, исследование мочи (у части животных), измерение температуры и массы тела. Животных подвергали обследованию до и после полетов на ракетах.
Послеполетное обследование собак [25, 26] показало, что у животных в первые сутки после полета не было обнаружено отчетливых биохимических изменений. Через 6—14 дней отмечалось повышение содержания белка, снижение концентрации сывороточного мукоида и относительного содержания глобулина, уменьшение холинэстеразной активности сыворотки крови. Исследование мочи животных не выявило нарушений метаболизма нуклеиновых кислот и изменений содержания кетостероидов. У животных, летавших первый раз, было отмечено резкое повышение поглотительной функции нейтрофилов, которое сразу после полета сменялось угнетением. В повторных полетах эти сдвиги были значительно менее выражены.


К исходу 1960 г. была полностью завершена программа медико-биологических исследований при запусках животных на одноступенчатых геофизических ракетах типа Р-1, Р-2А, Р-2 и Р-5 на высоты 110, 212 и 450 км с использованием герметизированных кабин с регенерацией газовой среды для животных и возвратом головных частей ракет с животными и всей регистрирующей и обеспечивающей аппаратуры. Кроме того, важным результатом исследований было решение вопросов обеспечения условий для жизнедеятельности животных с использованием безмасочных скафандров при полетах в негерметизированных кабинах и катапультировании с разных высот полета ракет. Научно-практическим итогом указанных исследований было заключение о принципиальной возможности полета человека на ракете с обеспечением необходимых условий жизнедеятельности в герметизированной кабине малого объема, а также безопасности полета и спасения в различного рода аварийных ситуациях [33]. Однако было очевидным, что вертикальные полеты человека мало чем могут помочь в обосновании безопасности орбитальных полетов, а в экономическом плане они мало чем отличались от орбитальных: затраты были сопоставимыми [33, 34].
Почти одновременно с медико-биологическими исследованиями при вертикальных пусках ракет было решено начать подготовку к запуску искусственных спутников Земли, в том числе и медико-биологических с полетом животных на борту космического корабля. В обобщенном виде все эти исследования, предшествовавшие первому космическому полету человека и по существу послужившие последним аргументом в пользу возможности и безопасности такого полета, представлены в табл. 2.
Естественно, что первые орбитальные полеты искусственных спутников Земли должны были проводиться без возвращения биологических объектов на Землю, так как вопросы возврата в этот период (1957—1958 гг.) еще не были решены.

Биологические эксперименты на искусственных спутниках Земли, предшествовавшие первому полету человека в космос
Сразу вслед за созданием в 1957 г. межконтинентальной баллистической ракеты и успешным запуском первого в истории человечества искусственного спутника Земли было принято решение, что вторым спутником Земли будет спутник с живым существом. В отличие от высотных ракет, которые обычно применяются для зондирования верхних слоев атмосферы и позволяют получить научные материалы по кратковременному пребыванию животных в полете, искусственные спутники дают возможность изучать состояние и поведение живых организмов в течение длительного времени движения спутника по орбите, т.е. при помощи искусственного спутника могут быть созданы условия, соответствующие, с биологической точки зрения, условиям космического полета [16, 34, 35]. Подготовка к экспериментам проводилась с учетом ряда специфических требований. Проведение экспериментов в течение длительного времени требовало создания такого оборудования, которое было бы в состоянии автоматически поддерживать необходимые условия для жизни животного в полете, обеспечивать его необходимым количеством пищи и воды, удалять продукты жизнедеятельности и т. д. Исследовательская аппаратура должна была обеспечивать бесперебойную автоматическую регистрацию необходимых научных данных и их передачу на Землю. Наконец, необходимо было решить вопросы специальной подготовки и тренировки животных, в частности к действию ряда динамических факторов (шумы, вибрации, перегрузки), длительному пребыванию в фиксированном положении в кабине малого объема со специфическими особенностями питания, водообеспечения, отправления естественных нужд и т.п.
Усилия сотрудников института были направлены на решение этих и многих других специфических требований при подготовке к осуществлению медико-биологических исследований на искусственных спутниках в орбитальном полете [35].
Функциональные обязанности между старшими научными сотрудниками научно-исследовательского коллектива 8-го отдела Института к этому времени были распределены следующим образом:
Игорь Сергеевич Балаховский — организация работ, отработка методик и приборов, необходимых при исследованиях космической радиации, ультрафиолетового облучения (УФО), корпускулярного излучения; проведение исследований по этим вопросам; проведение необходимых биохимических и клинических анализов;
Олег Георгиевич Газенко — организация работ, отработка методик и приборов, необходимых при физиологических исследованиях на животных и человеке в полетах на изделиях; подготовка, тренировка животных и выработка у них необходимых условных связей; подготовка животных с необходимыми оперативными вмешательствами на них; подготовка регистрирующей аппаратуры к экспериментам;
Абрам Моисеевич Генин — организация работ по кислородному обеспечению животных и человека на объектах с применением скафандров; организация работ, необходимых для обеспечения надежного покидания животными и человеком объектов и спасения на больших высотах и скоростях; проведение необходимых исследований по этим вопросам в объеме тематики отдела;
Александр Дмитриевич Серяпин — организация работ по обеспечению жизненно-необходимых условий в отсеках и кабинах изделий; проведение необходимых исследований по этим вопросам в объемах тематики отдела;
Борис Георгиевич Буйлов — техническое обеспечение тематики отдела; заказ, приемка необходимой аппаратуры; монтаж аппаратуры на объектах и стендах; обеспечение надежной аппаратуры по регистрации необходимых физиологических, гигиенических, физических и химических параметров;
Евгений Михайлович Юганов — отработка методик и аппаратуры, необходимых при исследованиях влияния шумов, вибраций, трясок, ускорений и невесомости при полетах животных и человека на изделиях; проведение необходимых исследований по этим вопросам в объеме тематики отдела [1].
К моменту готовности к пуску второго (обитаемого) искусственного спутника Земли была полностью завершена подготовка и тренировка животных, длившаяся в общей сложности около года. Из десятка очень схожих между собой собак было отобрано три: Альбина, Лайка и Муха. Одна из них (Альбина) была уже опытным «космонавтом», дважды побывав в космическом полете при запусках геофизических ракет. Окончательный выбор пал на Лайку, Альбина была зачислена дублером на всякий случай, а собаку Муху было решено использовать в качестве «технологической» собаки для испытаний с ее участием измерительной аппаратуры и оборудования систем жизнеобеспечения кабины. Все животные были предварительно прооперированы В.И. Яздовским. Была выведена общая сонная артерия в кожный лоскут для измерения артериального кровяного давления, на грудной клетке были вживлены датчики для регистрации ЭКГ и частоты дыхательных движений грудной клетки. В подготовке к этому поистине историческому событию принимали участие многие сотрудники, однако, как пишет в своих воспоминаниях научный руководитель медико-биологической программы исследований В.И. Яздовский [34], собаку Лайку непосредственно готовили в полет О.Г. Газенко, A.M. Генин, А.Д. Серяпин, А.А. Гюрджиан, И.С. Балаховский, Н.Н. Казакова, Е.А. Петрова и др.
Тренировки собак продолжались и по прибытии на космодром. Вплоть до момента старта Лайка на несколько часов ежедневно помещалась в контейнер. Собака полностью освоилась с условиями тренировки, спокойно сидела, позволяла регистрировать показатели физиологических функций, охотно принимала пищу. Желеобразная консистенция пищевого рациона была предложена И.С. Балаховским [6,35]. Этим решались вопросы обеспечения животного необходимым количеством воды в невесомости. Собаке не мешала довольно плотно облегающая одежда «лифчик», обеспечивающая фиксацию мочекалоприемника, точно подогнанного к телу животного. Фиксирующие цепочки крепили одежду к стенкам контейнера, ограничивая свободу движений, но позволяя животному стоять, сидеть, лежать и даже чуть передвигаться вперед и назад [12].
К решению технических вопросов при создании второго спутника Земли были привлечены многие научные и инженерно-конструкторские учреждения страны, успех запуска первого искусственного спутника позволял успешно преодолевать ведомственные барьеры [30, 31].
Укрепленная на силовой раме герметичная кабина [7] представляла собой цилиндрический контейнер диаметром 640 мм и длиной 800 мм, снабженный съемной крышкой со смотровым люком. На съемной крышке располагались герметические разъемы для ввода электрических проводов. Кабина для животного была выполнена из сплава алюминия. В контейнере весьма компактно располагались подопытное животное и необходимое оборудование. Последнее состояло из установок для регенерации воздуха и регулирования температуры воздуха в кабине, кормушки с запасом пищи, ассенизационного устройства и комплекта медицинской аппаратуры [35].
Установка для регенерации воздуха содержала регенерационное вещество, которое поглощало углекислоту и водяные пары и выделяло при этом необходимое количество кислорода. Запас регенерационного вещества обеспечивал потребности животного в кислороде в течение 7 суток. Для вентиляции регенерационной установки служили малогабаритные электромоторы. Работа установки регулировалась сильфонным барореле, которое при повышении давления воздуха свыше 765 мм рт.ст. выключало наиболее активную часть регенерационной установки [29].
Приспособление для регулирования температуры воздуха включало специальный теплоотводящий экран, на который подавался отводимый от животного воздух, и сдвоенное термореле, включающее вентилятор обдува при повышении температуры воздуха в кабине выше +15°С.
Работа указанных установок контролировалась во время полета потенциометрическим датчиком давления и датчиками температуры, расположенными внутри и на оболочках кабины [29].
Кормление и обеспечение животного водой производилось из металлического резервуара объемом 3 л, содержащего запас желеобразной массы, рассчитанной на полное обеспечение потребности животного в воде и пище в течение семи суток [6].
Ассенизационное устройство состояло из резинового мочекалоприемника, прилегающего к тазовой области, и фиксирующего его «лифчика», надеваемого на плечевой пояс собаки. Выделения животного отводились по резиновому патрубку в герметический резервуар [13].
Комплект медицинской аппаратуры [9] включал в себя усилительно-коммутационный блок с двумя усилителями и набор датчиков. Программа исследований предусматривала регистрацию показателей, характеризующих состояние функции дыхания и кровообращения животного, а именно частоты сердечных сокращений по ЭКГ, частоты дыхательных движений по результатам измерения периметра грудной клетки, величины максимального артериального давления осцилляторным методом при периодическом пережатии выведенной в кожный лоскут общей сонной артерии. О двигательной активности животного судили по результатам использования метода актографии.
Предварительная подготовка и тренировка животных давала основание утверждать, что они вполне удовлетворительно переносят ожидаемые величины поперечнонаправленных перегрузок, шумов и вибраций, а также длительное (до 20 суток) пребывание в герметизированной кабине. В числе 10 животных, прошедших полную подготовку к эксперименту, была и выбранная для участия в летном эксперименте собака Лайка, самка в возрасте двух лет, массой 6000 г [34].
Анализ полученной информации со всей очевидностью показывал, что животное не только хорошо перенесло комплексное воздействие динамических факторов запуска, но и, самое главное, что условия космического полета переносятся животным вполне удовлетворительно [15]. К сожалению, недостаточно эффективно работала система отвода тепла от кабины животного вследствие, кроме всего прочего, натекания тепла от неотстыкованной последней ступени ракеты [34]. «Температура воздуха в кабине начала быстро расти, что незамедлительно сказалось на состоянии животного» [34]. Гибель животного на втором искусственном спутнике Земли, очевидно, произошла от перегревания через 5—6 часов после начала интенсивного перегревания. Такое предположение было высказано О.Г. Газенко и А.Л. Гребневым [11] на основании специально проведенных аналитических опытов на собаках в лабораторных условиях в 1958 г. Подробно результаты биологического эксперимента с собакой Лайкой на втором искусственном спутнике Земли изложены в первом томе труда «Проблемы космической биологии», часть III, а также в отчетах НИИАМ [11, 35] и многих научных статьях [5—7 и др.] в различных научных журналах в России и за рубежом. Основной, принципиально значимый для того времени результат этого эксперимента состоял в получении объективных доказательств вполне удовлетворительной переносимости животным длительного пребывания в космическом полете. Кажущийся банальным с позиций сегодняшнего дня, этот вывод носил принципиальный характер и явился серьезным стимулом для продолжения исследований уже не по обоснованию возможности полета человека, а скорее по обеспечению его безопасности. Вопрос о возможности полета человека к тому времени был решен однозначно, предстояло лишь окончательно решить такую важнейшую задачу безопасности космического полета, как надежное возвращение с орбиты искусственного спутника на Землю. Работы в этом направлении интенсивно проводились в КБ С.П. Королева и других научно-производственных коллективах страны [34].
Коллектив научных сотрудников, готовящий и проводящий медико-биологические исследования, в этот период (1959) был существенно укреплен: 8-й отдел, руководимый В.И. Яздовским, был реорганизован в космическое направление, состоящее из трех научно-исследовательских отделов (физиологический отдел под руководством О.Г. Газенко, отдел разработки систем жизнеобеспечения под руководством A.M. Генина и отдел отбора и подготовки космонавтов под руководством Н.Н. Гуровского).
19 августа 1960 г. (см. табл. 2) был осуществлен успешный запуск второго космического корабля на орбиту спутника Земли. Масса корабля-спутника без последней ступени ракеты-носителя составила 4600 кг. Основной задачей этого запуска являлась дальнейшая отработка систем, обеспечивающих жизнедеятельность человека в орбитальном космическом полете, а также безопасность его полета и возвращения на Землю. В полете предусматривались проведение ряда медико-биологических экспериментов и программа научных исследований космического пространства. Для успешного полета второго космического корабля-спутника с живыми существами на борту и возвращения его на Землю потребовалось решение сложнейших научно-технических проблем, обеспечивающих:
управляемый полет корабля-спутника и спуск его на Землю с большой точностью в заданный пункт;
условия нормальной жизнедеятельности живых существ в космическом полете;
надежную радио- и телевизионную связь с космическим кораблем-спутником.
Второй космический корабль-спутник был выведен на близкую к круговой орбиту с апогеем 339 км и перигеем 306 км. Период обращения составлял 90,7 мин, наклон орбиты в плоскости экватора составил 64 град. и 57 мин. Корабль состоял из кабины и приборного отсека. В кабине были расположены аппаратура обеспечения жизнедеятельности животных, оборудование для биологических экспериментов, часть аппаратуры для научных исследований (фотоэмульсионные блоки и радиометр), часть аппаратуры системы ориентации, аппаратура регистрации ряда технических параметров (угловых скоростей, перегрузок, температур, шумов и т. д.), автоматические системы, обеспечивающие приземление, аппаратура для регистрации данных о работе приборов, а также физиологических параметров подопытных животных на участке спуска и катапультируемый контейнер с биообъектами. Кроме двух собак (Белка и Стрелка) в катапультируемом контейнере находились 12 мышей, насекомые, растения, грибковые культуры, семена кукурузы, пшеницы, гороха, лука, некоторые виды микробов и другие биообъекты. Кроме того, вне катапультируемого контейнера в кабине корабля были размешены еще 28 лабораторных мышей и 2 белые крысы [34].
В приборном отсеке размешались радиометрическая аппаратура, аппаратура управления полетом корабля, часть аппаратуры для научных исследований (приборы для изучения космических лучей и коротковолнового излучения Солнца), аппаратура терморегулирования и тормозная установка.
На наружной поверхности кабины корабля были расположены рулевые сопла и баллоны с запасом сжатого газа систем ориентации, датчики научной аппаратуры, антенны радиосистем, экспериментальные солнечные батареи. Поверхность кабины была покрыта термоизоляционным слоем для предотвращения ее сгорания на участке спуска. В стенках кабины располагались жаропрочные иллюминаторы и быстрооткрывающиеся люки.
Информация о состоянии подопытных животных, физических условиях в кабине и в приборном отсеке, о работе бортовой аппаратуры передавалась на наземные измерительные пункты с помощью радиотелеметрических систем. Последние работали в двух режимах: режиме непосредственной передачи телеметрической информации в моменты пролета корабля над наземными измерительными пунктами и в режиме накапливания информации с последующими воспроизведением и передачей ее. Для передачи изображений на борту была установлена телевизионная аппаратура [34].
Катапультируемый контейнер, в котором находились собаки и другие биообъекты, являлся одним из вариантов контейнера, разработанного для будущих полетов человека. Форма контейнера была выбрана с таким расчетом, чтобы после катапультирования обеспечить устойчивое и правильное положение оси контейнера относительно вектора скорости. В контейнере были расположены кабина для животных с лотком, автоматом кормления, ассенизационным устройством, системой вентиляции и т. п., катапультные и пиротехнические средства, радиопередатчики для пеленгации после приземления, телевизионные камеры с системой подсвета и зеркал, блоки с ядерными фотоэмульсиями. Внутри кабины крепились автомат для кормления, контейнеры для мелких биообъектов и микрофон для контроля за уровнем шума в кабине во время полета. Перед медико-биологическим экспериментом на данном корабле-спутнике ставились следующие основные задачи [34]:
изучение особенностей жизнедеятельности различных животных и растительных организмов в условиях космического полета;
исследование биологического действия основных факторов космического полета на живые организмы (перегрузка, длительная невесомость, переход от перегрузок к невесомости и наоборот);
изучение действия космической радиации на животные и растительные организмы (на состояние их жизнедеятельности и наследственность);
исследование эффективности и особенности функционирования систем обеспечения жизнедеятельности в полете (система регенерации, терморегулирования, питания и водоснабжения, ассенизации и др.).
По объему проведенных исследований, характеру решаемых при этом задач биологический эксперимент на втором космическом корабле-спутнике явился весьма существенным вкладом в дело изучения и освоения космического пространства человеком [30, 31].
Многочисленные биологические объекты, летавшие на корабле, вернулись на Землю живыми, в хорошем состоянии. В состоянии собак Белки и Стрелки, мышей, крыс и всех остальных биологических объектов при послеполетном детальном обследовании не было обнаружено заметных отклонений от нормы [2— 4 и др.]. Полученные результаты свидетельствовали о том, что разработанные отечественной наукой средства, обеспечивающие условия жизнедеятельности, безопасность полета и возвращение из космического полета, вполне себя оправдали.
Космический полет собак Белки и Стрелки, продолжавшийся более 25 часов, в течение которых корабль-спутник совершил 17 полных оборотов вокруг Земли, позволил получить уникальные научные данные о влиянии факторов космического полета на физиологические, биохимические, генетические и цитологические системы живых организмов [20, 32, 42]. Так, А.А. Гюрджиан и соавт. [20], проводя биохимические исследования крови и мочи у собак Белки и Стрелки, а также в последующем у собак Чернушки и Звездочки (четвертый и пятый космические корабли), пришли к однозначному заключению, что только суточный полет вызывал реакцию типа «стресс», которая проявлялась в кратковременном увеличении концентрации сывороточных мукоидов, альфа 2-глобулинов и снижением холинэстеразной активности. Однако после полета эти отклонения быстро возвращались к исходным значениям, что позволило сделать заключение о преходящем их характере. Одновитковый полет вообще не вызывал заметных сдвигов в обмене веществ. Эти данные еще раз убедили наших ученых в правильности основных направлений подготовки полета человека в космическое пространство и позволили наметить конкретные пути его осуществления [30, 31]. Однако достаточных оснований для длительного полета человека в тот период еще не было. Довольно трудно было прогнозировать влияние на человека состояния невесомости. Настораживали некоторые итоги полета второго космического корабля-спутника, в частности, некоторые особенности физиологического состояния собаки Белки [341. Животное было крайне беспокойным, билось, старалось освободиться от крепежных элементов. Собака лаяла, и по всему было видно, что она плохо себя чувствует. Особенно бурно вся эта симптоматика стала проявляться после четвертого витка полета. Сказанное приводило к выводу о необходимости осторожного подхода и планирования предстоящего полета человека вокруг Земли на корабле «Восток» только на один виток, т.е. минимально возможной продолжительности. Но и для обоснования возможности полета даже такой продолжительности было признано необходимым провести дополнительно ряд зачетных полетов животных по режиму одновиткового полета вокруг Земли.
1 декабря 1960 г. был запушен третий космический корабль-спутник с собаками Пчелкой и Мушкой и таким же набором биологических объектов на борту. Цель эксперимента состояла в накоплении научных данных о влиянии комплекса факторов космического полета на животных и другие биологические объекты. Анализ полученной по телеметрическим каналам информации показал, что реакции собак Пчелки и Мушки на комплексное воздействие факторов космического полета были аналогичны таковым у собак Белки и Стрелки. Из полета биообъекты возвращены не были, т. к. из-за недостаточно четкой работы системы ориентации при работе тормозной установки вместо снижения скорости полета корабля имели место прирост скорости и переход корабля на более высокую орбиту. Все научные данные были получены с корабля по системам телеметрии и телевидения [34].
Когда была принята программа полета человека на космическом летательном аппарате на один виток, было решено провести еще два зачетных научных эксперимента при полетах на один оборот вокруг Земли кораблей-спутников с живыми существами на борту.
Цель этих экспериментов состояла в испытаниях всей системы автоматики скафандра, катапультного сиденья и систем жизнеобеспечения. На корабле вне катапультного сиденья размещались собака, мыши, морские свинки, крысы и другие биологические объекты. На катапультном сиденьи был расположен манекен человека в скафандре со всей автоматикой и НАЗом. В грудной полости, полости живота, бедер и других частях манекена размещали мышей, морских свинок, микроорганизмы и другие биообъекты. На одном корабле-спутнике была размешена собака Чернушка, а на другом — Звездочка. Запуски кораблей-спутников были осуществлены 9 и 25 марта 1961 г. Завершение полетов предусматривало аварийный вариант посадки. Собаки и другие биообъекты размещались не на катапультном кресле, а непосредственно в сфере гермокабины головной части ракеты. Кроме собак в гермокабине каждой сферы размещались по 40 серых, 40 белых и 40 черных мышей, морские свинки, пресмыкающиеся, семена различных растений, элементы крови человека, раковые клетки человека, микроорганизмы, бактериофаги, ферменты и др. Результаты генетических исследований позволяли предположить, что условия космического полета могут вызвать наследственные изменения у отдельных организмов. Однако пока не представлялось возможным отмеченные эффекты точно адресовать к какому-либо определенному фактору полета [16]. Многие ученые считали важным иметь убедительные строго научно обоснованные данные о степени радиационного риска при осуществлении космических полетов на кораблях-спутниках. Изучение этой проблемы осуществлялось с использованием разнообразных представителей органического мира, стоящих на разных ступенях развития и существенно отличающихся по своей чувствительности к радиационным воздействиям. К этим работам были привлечены сотрудники ряда академических учреждений и Минздрава СССР, что позволяло резко расширить объем методических приемов оценки действия радиационных факторов.
Анализ многочисленных физиологических, микробиологических, цитогенетических и других методов исследований материалов, полученных в полетах II—V космических кораблей-спутников, показал, что пребывание на использованных орбитах при имевшем место состоянии активности Солнца и сравнительно кратковременных сроках полетов не представляет радиационной опасности для человека [18, 19].
При подведении итогов исследований, проведенных на ракетах и космических кораблях-спутниках, было сделано обоснованное заключение о том, что в условиях невесомости наблюдаются, как правило, адаптационно-компенсаторные реакции со стороны ряда физиологических систем. Так, у собак в течение первых 2 часов обнаруживались некоторые изменения интенсивности сердечных тонов, удлинение продолжительности первого тона, увеличение времени выбрасывания крови из сердца в крупные сосуды. Было установлено, что относительная неустойчивость ритма сердечных сокращений, хотя и менее выраженная, оставалась до конца пребывания в условиях невесомости. Заметной неравномерностью отличалась также глубина и частота дыхания [14].
В условиях невесомости наблюдалось изменение афферентации. Ярким подтверждением этого могут служить некоторые нарушения пространственного анализа и появление вестибулярных симптомов [10].


Таким образом, за период с 1948 по 1961 гг. было подготовлено и осуществлено 29 пусков геофизических ракет, осуществлены полеты 2 искусственных спутников Земли и 2 космических кораблей-спутников. Были поставлены эксперименты на 48 собаках, из которых 15 животных летали по 2 и более раза, а также на огромном количестве других биологических объектов.
Биологические эксперименты на геофизических ракетах, искусственных спутниках Земли и космических кораблях-спутниках предоставили возможность подробно и всесторонне исследовать действие факторов полета на живые организмы, разработать и испытать полный комплекс средств обеспечения условий жизнедеятельности и безопасности полетов, а также разработать методы получения информации с помощью биотелеметрии, телевидения, киносъемки и автономной регистрации показателей.
Для обеспечения необходимых жизненных условий использовались разные системы получения кислорода для дыхания и удаления отходов жизнедеятельности вплоть до использования твердых источников кислорода (ТИК) в виде надперекисных соединений щелочных металлов с кислородом (которые были разработаны ранее для целей жизнеобеспечения экипажей подводного флота).
В длительных исследованиях, этап за этапом, с 1948 по 1961 гг. ученые Института авиационной медицины накопили уникальные научные данные, которые со всей очевидностью позволили обосновать возможность полета человека на ракетном летательном аппарате в космическое пространство. Проведенные исследования дали возможность обосновать и выдать исходные научные данные для разработки систем жизнеобеспечения, средств индивидуальной защиты, систем дистанционного контроля за состоянием космонавтов, работы всех систем, обеспечивающих безопасность космического полета. Естественно, что только хорошо продуманная комплексная программа широких научных исследований по ракетной технике, физике, геофизике, радиоэлектронике, химии, космической биологии и медицине позволили подойти к осуществлению извечной мечты человечества — полету человека в просторы Вселенной — космическое пространство. Роль в этой комплексной программе специалистов по космической биологии и медицине очевидна, без их самоотверженного труда общее положительное решение проблемы было бы невозможным.
Литература
1. Архив.
2. Алексеева О.Г., Волкова А.П. Влияние факторов космического полета на иммунологическую реактивность организма. В кн.: Проблемы космической биологии. - М.: АН СССР, 1962.-Т. 1.-С. 181-189.
3. Антипов В.В., Баевский P.M., Газенко О.Г. и др. Некоторые итоги медико-биологических исследований на втором и третьем космических кораблях-спутниках// Проблемы космической биологии. — М.: АН СССР, 1962. -Т. 1.-С. 267-284.
4. Арсеньева М.А., Антипов В.В., Петрухин В.Г. и др. Изменения в кроветворных органах млекопитающих под влиянием полета на корабле-спутнике // Проблемы космической биологии. — М.: АН СССР, 1962. — Т. 1. — С. 205—218.
5. Балаховский И.С., Газенко О.Г., Гюрджиан А.А. и др. Результаты на спутнике // Проблемы космической биологии. — М.: АН СССР, 1962. — Т. 1. — С. 359-370.
6. Балаховский И.С., Карпова Л.И., Симпура С.Ф. Обеспечение собак пищей и водой в условиях космического полета // Проблемы космической биологии. - М.: АН СССР, 1962. - Т. 1. - С. 345-358.
7. Бахрамов A.M., Яздовский В.И. Герметическая кабина для животного// Проблемы космической биологии. — М.: АН СССР, 1962. — Т. 1. — С. 289-298.
8. Бугров Б.Г., Горлов О.Г., Петров А.В. и др. Исследования жизнедеятельности животных при полетах в герметической кабине ракет до высоты ПО км // Предварительные итоги научных исследований с помощью первых советских искусственных спутников Земли и ракет: Сборник статей. № 1. Разд. третий: Медико-биологические исследования на ракетах. — М.: АН СССР, 1958. -С. 130-149.
9. Буйлов Б.Г., Грюнталь Р.Г. Научно-исследовательская аппаратура/ / Проблемы космической биологии. — М.: АН СССР, 1962. — Т. 1. — С. 299—308.
10. Газенко О.Г. Некоторые проблемы космической биологии // Вести. АН СССР. — 1962. - № 1. - С. 30-40.
11. Газенко О.Г., Гребенев А.Л. Отчет НИИАМ по теме: Исследование устойчивости животных (собак) к действию повышенной температуры среды. — М., 1958.-27с.
12. Газенко О.Г., Гюрджиан А.А. Фиксация животного в герметической кабине, тканевая «одежда» и расположение датчиков для регистрации физиологических функций // Проблемы космической биологии. — М.: АН СССР, 1962. - Т. 1. — С. 336-344.
13. Газенко О.Г., Гюрджиан А.А., Захарьев Г.А. Ассенизационное устройство в герметической кабине // Проблемы космической биологии. — М.: АН СССР, 1962. - Т. 1. - С. 328-335.
14. Газенко О.Г., Касьян И.И., Котовская А.Р. и др. Физиологические реакции животных при полетах на третьем, четвертом и пятом космических кораблях-спутниках // Изв. АН СССР. Сер. биол. — 1964. — Т. 4. — 497 с.
15. Газенко О.Г., Яздовский В.И., Черниговский В.Н. Медико-биологические исследования на искусственных спутниках Земли // Проблемы космической биологии. — М.: АН СССР, 1962. —Т. 1. — С. 285—288.
16. Газенко О.Г., Черниговский В.Н., Яздовский В.И. Биологические и физиологические исследования при полетах на ракетах и искусственных спутниках Земли // Проблемы космической биологии. — М.: АН СССР, 1964. — Т. 3. — С. 23— 36.
17. Галкин A.M., Горлов О.Г., Котова А.Р. и др. Исследование жизнедеятельности животных при полетах в герметических кабинах ракет до высоты 212 км. В кн.: Предварительные итоги научных исследований с помощью первых советских искусственных спутников Земли и ракет: Сборник статей. № 1. Разд. третий: Медико-биологические исследования на ракетах. — М.: АН СССР, 1958. -С. 112-129.
18. Гюрджиан А.А. О биологическом действии космической радиации // Искусственные спутники Земли. — 1962. — Вып. 12. — С. 77—105.
19. Гюрджиан А.А. Исследование биологического действия космической радиации на кораблях-спутниках // Проблемы космической биологии. — М.: АН СССР, 1962. - Т. 2. - С. 93-97.
20. Гюрджиан А.А., Демин Н.Н., Туточкина Л.Т. и др. Биохимические исследования крови и мочи животных, совершивших полет в космических кораблях // Проблемы космической биологии. — М.: АН СССР, 1962. — Т. 1. — С. 152—160.
21. Касьян И.И. Реакция сердечно-сосудистой и дыхательной систем животных при полетах в герметических кабинах ракет до высоты 212 км // Изв. АН СССР. Сер. биол. - 1963. - Вып. 1. - С. 24.
22. Касьян И.И. Некоторые физиологические реакции животных при полетах в биокабинах баллистических ракет до высоты 450—473 км // Изв. АН СССР. Сер. биол. - 1963. - Вып. 2. - С. 201-213.
23. Касьян И.И. Физиологические реакции животных при полетах на баллистических ракетах и космических кораблях-спутниках: Дисс. на соиск. учен, степени канд. мед. наук. — М.: ГНИИИАиКМ, 1967. — 290 с.
24. Касьян И.И. Физиологические реакции и некоторые механизмы влияния невесомости на организм (Материалы к практике медицинского обеспечения космических полетов): Дисс. на соиск. учен, степени докт. мед. наук. — М.: ГНИИИАиКМ. - Ч. 1. — 398 с. - Ч. 2. - 169 с.
25. Касьян И.И., Юганов Е.М., Львова Т.С. Изменения некоторых морфологических и биохимических показателей периферической крови животных после полета на ракетах // Проблемы космической биологии. — М.: АН СССР, 1962.-Т. 1.-С. 161-165.
26. Покровский А.В., Яздовский В.И., Попов В.И. Отчет НИИАМ по теме: Физиолого-гигиеническое обоснование возможности полета в особых условиях. Разд. 1. Экспериментальные исследования по обеспечению физиолого-гигиенических условий для животных в герметической кабине малого объема. — М., 1951.-31 с.
27. Покровский А.В., Яздовский В.И., Попов В.И. и др. Отчет НИИАМ по теме: Физиолого-гигиеническое обоснование возможности полета в особых условиях. Разд. 2. Исследование возможности выживания и жизнедеятельности животных при полете на ракете 1-РБ. — М., 1951. — 92 с.
28. Ребров М.Ф., Ткачев А.В. Москва—Космос. — М.: Московский рабочий, 1983.— 254с.
29. Серяпин А.Д. Система регенерации воздуха герметической кабины // Проблемы космической биологии. — М.: АН СССР, 1962. — Т. 1. — С. 309—320.
30. Сисакян Н.М., Газенко О.Г., Генин A.M. Проблемы космической биологии// Проблемы космической биологии. — М.: АН СССР, 1962. — Т. 1. — С.
31. Сисакян Н.М., Парин В.В., Черниговский В.Н., Яздовский В.И. Некоторые проблемы изучения и освоения космического пространства// Проблемы космической биологии. — М.: АН СССР, 1962. — Т. 1. — С. 5—16.
32. Шашков B.C., Антипов В.В., Раушенбах М.О. и др. Влияние факторов космического полета на уровень серотонина в крови животных // Проблемы космической биологии. — М.: АН СССР, 1962. — Т. 1. — С. 258—264.
33. Яздовский В.И. К вопросу возможности полетов на ракетах в верхние слои атмосферы (Исследования на животных): Дисс. на соискание учен, степени докт. мед. наук. - М.: НИИАМ, 1957. - 288 с.
34. Яздовский В.И. На тропах Вселенной. — М.: ГНИИИА и КМ, 1990 (рукопись).
35. Яздовский В.И., Газенко О.Г., Серяпин А.Д. и др. Отчет ГНИИИАиКМ по теме: Исследование возможности выживания и жизнедеятельности животного при длительном полете на объекте «Д». Второй этап. — М., 1959. — 263 с.
36. Яздовский В.И., Газенко О.Г., Юганов Е.М. и др. Отчет ГНИИИАиКМ по теме: Исследование возможности выживаемости и жизнедеятельности животных при полетах в герметических отсеках изделия Р-2А в верхние слои атмосферы. — М., 1961. — 89 с.
37. Яздовский В.И., Покровский А.В., Серяпин А.Д. и др. Отчет НИИАМ по теме: Исследование возможности выживания и жизнедеятельности животных при полетах в верхние слои атмосферы (1953—1956 гг.). — М., 1956. — 163 с.
38. Яздовский В.И., Генин A.M., Покровский А.В. и др. Отчет НИИАМ по теме: Исследование возможности выживания и жизнедеятельности животных при полетах в герметических отсеках изделий Р-2А и Р-5А в верхние слои атмосферы. Разд. 1. Экспериментальные исследования на ракетах Р-2А. — М., 1958.-60с.
39. Яздовский В.И., Генин A.M., Серяпин А.Д. и др. Отчет НИИАМ по теме: Исследование возможности выживания и жизнедеятельности животных при полетах в герметических отсеках изделий Р-2А и Р-5А в верхние слои атмосферы (этапный отчет). — М., 1958. — 63 с.
40. Яздовский В.И., Генин A.M., Юганов Е.М. и др. Отчет ГНИИИАиКМ по теме: Исследование возможности выживания и жизнедеятельности животных при полетах в герметических отсеках изделия Р-2А в верхние слои атмосферы (этапный отчет). — М., 1959. — 46 с.
41. Яздовский В.И., Юганов Е.М., Касьян И.И. Установочный рефлекс интактных животных в условиях невесомости // Изв. АН СССР. Сер. биол. - 1960. - Вып. 5. - С. 762-767.
42. Яковлев В.В. Результаты исследования некоторых показателей периферических сосудов у собак во время и после полета в космическое пространство // Проблемы космической биологии. — М.: АН СССР, 1962. — Т. 1. — С. 166—170.

№ п/п	Дата пуска	Клички	Условия полета				Гибель по техническим причинам
№ п/п	Дата пуска	Клички	ГКЖ СК	Н, км	Длит. мин	Давление мм рт. ст.	Гибель по техническим причинам
1	22.07.51	Цыган, Дезик	+	100 - 110	3 - 4	760 - 740
2	29.07.51	Лиса, Дезик	+	-\|\|-	-\|\|-		+ +
3	15.08.51	Мишка, Чижик	+	-\|\|-	-\|\|-	760 - 740
4	19.08.51	Смелый, Рыжик	+	-\|\|-	-\|\|-	-\|\|-
5	28.08.51	Мишка, Чижик	+	-\|\|-	-\|\|-		+ +
6	03.09.51	Непутевый, Зиб	+	-\|\|-	-\|\|-	700 - 680
7	26.06.54	Лиса, Рыжик	+	-\|\|-	-\|\|-	760 - 740
8	02.07.54	Дамка, Мишка	+	-\|\|-	-\|\|-	470 - 460	+
9	17.07.54	Рыжик, Дамка	+	-\|\|-	-\|\|-	-\|\|-	+
10	25.01.55	Рита, Лиса	+	-\|\|-	-\|\|-	470 - 450	+
11	05.02.55	Лиса, Бульба	+	-\|\|-	-\|\|-	-\|\|-	+ +
12	04.02.55	Малышка, Кнопка	+	-\|\|-	-\|\|-	-\|\|-
13	31.05.56	Малышка, Минда	+	-\|\|-	-\|\|-	-\|\|-
14	07.06.56	Альбина, Козявка	+	-\|\|-	-\|\|-	-\|\|-
15	14.06.56	Альбина, Козявка	+	-\|\|-	-\|\|-	-\|\|-
16	16.05.57	Рыжая, Дамка	+	212	6	773 - 535
17	14.05.57	Рыжая, Джойна	+	-\|\|-	-\|\|-		+ +
18	25.08.57	Белка (н), Модница	+	-\|\|-	-\|\|-	760 - 725
19	31.08.57	Дамка, Белка (н)	+	-\|\|-	-\|\|-
20	06.09.57	Белка, Модница (н)	+	-\|\|-	-\|\|-
21	02.08.58	Кусачка, Пальма	+	-\|\|-	-\|\|-
22	13.08.58	Кусачка, Пальма	+	-\|\|-	-\|\|-
23	02.07.59*	Отважная, Снежинка	+	-\|\|-	-\|\|-
24	10.07.59	Отважная, Жемчужная	+	-\|\|-	-\|\|-
25	15.06.60	Отважная, Малек	+	-\|\|-	-\|\|-
26	16.09.60	Пальма, Малек	+	-\|\|-	-\|\|-
27	21.02.58	Пальма, Пушок	+	450 - 473	10	780 - 750	+ +
28	27.08.58	Белянка, Пестрая	+	-\|\|-	-\|\|-	-\|\|-
29	31.10.58	Жульба, Кнопка	+	-\|\|-	-\|\|-	-\|\|-	+ +

Дата запуска	Наименование объекта	Биообъекты	Количество витков	Завершение полета
03.11.1957	Второй искусственный спутник Земли	Собака Лайка		Спутник не возвращен
19.08.1960	Второй космический корабль-спутник	Собаки Белка и Стрелка и др. б/об.	18	Спуск по программе
01.12.1960	Третий космический корабль-спутник	Собаки Пчелка и Мушка	17	Спутник не возвращен
09.03.1961	Четвертый космический корабль-спутник	Собака Чернушка и др. б/об.	1	Спуск по программе
25.03.1961	Пятый космический корабль-спутник	Собака Звездочка и др. б/об.	1	Спуск по программе